Двадцать лет назад вышел легендарный альбом «Самба белого мотылька». Вы помните тот день — 14 января 1998 года?

Абсолютно не помню! Но зато не могу забыть, каким трудом нам дались песни из этого альбома, включая заглавную. Тогда, чтобы записать самбу, мне пришлось полчаса бегать вокруг студии, разогревать связки, это такой прием, лайфхак для вокалистов.

На прошедшем недавно в Баку фестивале «ЖАРА-2018» вы были хедлайнером одного из дней.

Да, были творческие вечера разных артистов, и в один из дней прошел концерт-трибьют моих песен. Конечно, мне больше нравятся творческие вечера моего брата Константина Меладзе, потому что тогда на мне меньше ответственности (смеется). Хотя это в любом случае наше общее мероприятие, ведь почти всё, что я пою, написал он. Кстати, мне нравится, когда другие артисты исполняют мои песни. Если какая-то из них обрела новую жизнь, это счастье.

Недавно вы были с концертами и в Америке. Расскажите о гастролях.

Моя любимая форма существования — коктейль работы с отдыхом. Обычно в туре стараемся три дня работать и один — отдыхать. На гастролях в США так и получилось, мы гастролировали две недели, побывали и на восточном, и на западном побережье. Давали концерты в Майами, Чикаго, Нью-Йорке, Лос-Анджелесе, а потом еще улетели в Торонто. Очень разные города, очень интересные, и каждый по-своему красивый. Отдельно радуюсь, если есть возможность прогуляться по центру, почувствовать город, его особенности. Но все границы и территориальные условности исчезают, как только я выхожу на сцену. Забываю, где нахожусь, в этом колдовской магнетизм музыки и энергия зрительного зала, неважно, на каком ты континенте.

Вы выступаете не только на больших концертах. В Сети недавно появился сюжет, где вы поете в одном из тбилисских двориков во время застолья. Кто вас пригласил?

Был день рождения у жены нашего друга, и проводили они праздник действительно прямо во дворе. Сначала обошли всех соседей, предупредили, что будет музыка, заранее принесли извинения, но на самом деле мы успели до 11 закончить шуметь. Потом уже просто негромко пели застольные песни. Я раньше в детстве под застольные песни засыпал. Соседи, дядьки, родня — все собирались и пели, а дети, конечно, где-то рядом в футбол играли, потом за столом сидели. Под эти песни, стук шашек, домино одно удовольствие было поспать. Об этом вспоминал, оказавшись снова в родной, привычной с детства атмосфере. Это было безумно красиво. Старый дворик, старые деревья, некрашеный забор и гараж. На гараже у нас и была сцена. Мы пели, танцевали, хозяйки для гостей прямо во дворе пекли хлеб в больших горшках тонэ. Лампочки развесили, такие, знаете, большие, из советских времен. Возникла необыкновенная атмосфера, душевность, никакие декорации не нужны. За грузинским столом друзья друзей сразу становятся твоими друзьями. За тем застольем были люди разных культур, национальностей, и все мгновенно стали одной большой семьей. Нам было о чем поговорить и за что выпить. Это правильное застолье. Никто не напился, все были в приподнятом настроении, и всем хотелось говорить на самые позитивные темы.

Есть категория людей — к ним относятся и звезды, — которые, появляясь в обществе, в компании, меняют атмосферу и, хотят они того или нет, становятся центром внимания. Вам комфортно всегда быть в роли того человека, на которого направлено все внимание? 

Конечно, это постоянное ощущение ответственности и полное отсутствие возможности зайти в ресторан инкогнито. Как-то был у своего друга на дне рождения, и все вокруг хотели со мной выпить. Я выпил со всеми гостями, причем так хорошо, от души. Всем всегда интересно, пью ли я до дна или пригубляю. Одним словом, все были довольны. Я почувствовал, что у меня есть минут десять, а потом мне станет нехорошо. Позвонил водителю, он подъехал, я вышел, сославшись на то, что нужно подышать воздухом, быстренько сел в машину и уехал. Звоню на следующий день другу, говорю: «Спасибо, все было великолепно!» Поблагодарить за стол нужно обязательно, потому что хозяин всегда очень волнуется, все ли понравилось… Так вот, звоню я другу, хвалю, а он в ответ: «Hello, how are you?» И ни слова по-русски. Я в недоумении, а он отвечает: «Ты по-английски ушел, вот теперь с тобой на этом языке и общаюсь».

Музыкальные вкусы публики изменились как-нибудь, на ваш взгляд? 

Есть такое высказывание (его приписывают Борису Акунину, но я никак не могу найти, в каком произведении он это написал), что 10 % людей имеют стержень и ни при каких обстоятельствах не изменят своим принципам, еще 10 % вообще не имеют убеждений и всё делают так, как им выгодно в данный момент, а 80 % могут хаотично менять свои принципы, даже не задумываясь. Мне кажется, примерно так же происходит у нас и со вкусами. Вспомните, лет тридцать назад люди слушали ленинградский рок и всякую интересную, сложную музыку. Многие наши исполнители по качеству были очень близки к западным образцам. Это было своеобразно и здорово. Потом пришла волна совершенно бессмысленной полууличной поп-музыки и смела всё ко всем чертям. На мой взгляд, она практически полностью убила такое направление, как рок. Прошло много лет, и опять начали появляться музыканты, которые выдают качественные композиции. Но при этом люди все равно продолжают слушать дворовую попсу, пустую по содержанию. Сейчас многие экспериментируют в разных направлениях. У Григория Лепса, например, помимо его известных песен, есть совершенно другая, но тоже очень грамотная музыка, которую он порой вообще не выносит на суд зрителей и дает слушать только близкому кругу людей. У Леонида Агутина масса экспериментов, очень серьезные и сложные аранжировки. Я думаю, многие из нас могли бы выйти на мировые фестивали и ни в чем не уступить западным музыкантам: ни в уровне музыки, ни в гармонии, ни в исполнении. Просто мы никого там не интересуем.

Что может заставить вас пуститься в музыкальные эксперименты?

Понимаете, человек, который вдруг начинает резко отходить от своей линии, выглядит смешно. Это опасная штука. Мы делали много экспериментов, но они все остались за кадром. Были вполне неплохие песни, но я их даже на концертах не пел, потому что не смог преподнести должным образом, от себя. Мы пробуем новые формы, но результаты выносим на публику достаточно аккуратно.

Не хотели бы попробовать какие-то новые направления?

Мы с Костей решили, что не будем делать каких-то решительных шагов в сторону современных направлений. Это будет выглядеть несолидно. Та музыка, которую мы делали и делаем, будет иметь перспективы на долгие годы вперед.

Что особенного в этой музыке?

Это гармоничная музыка и тексты, которые люди воспринимают как часть своей жизни, будто песня написана для конкретного человека. Пожалуй, самое важное для меня, когда люди говорят «это песня обо мне».

Молодежь слушает ваши песни?

С каждым годом у меня становится все больше зрителей. Я приезжаю в разные города и замечаю, что молодых людей приходит столько же, сколько и зрелых. Это очень приятно — замечать, что мои песни слушает столько же молодежи, сколько 20 лет назад. Вообще, даже в проекте «Голос. Дети» большинство участников выбирает песни, появившиеся 10–15 лет назад, поскольку они проверены временем. Современную музыку поют только процентов 20.

Ваши отношения с братом меняются?

Вижу божье провидение в том, что в брате есть та важная составляющая, которой нет во мне. Для меня было бы величайшим счастьем, чтобы сыновья были так же близки, как и мы с Костей. У каждого должна быть своя жизнь, свои планы, но наступает момент, когда мы понимаем: нашей сильной стороной является наш родной человек.

С Костей мы были совершенно разными: и друзья разные, и увлечения, но вдруг однажды мы стали слушать одну и ту же музыку… Костя обладает теми талантами, которых нет у меня, но он делится ими со мной максимально. Господь Бог нам дает и родителей, и братьев, и сестер, чтобы мы становились их сильными сторонами.

Был эпизод: в середине 80-х я приехал из Батуми к брату на Украину в Николаев. Он уже был студентом, а я только начал учиться в Николаевском кораблестроительном институте на инженера-механика по судовым энергетическим установкам. Стал гулять, друзья, тусовки. Он меня быстро встряхнул, сказал: «Родители многим пожертвовали, чтобы ты имел возможность учиться, ты не имеешь права так себя вести».

Костя — это часть моей жизни, моего мышления, планов, прошлого и настоящего. Мы никогда не лезли в личную жизнь друг друга, не советовали да и, пожалуй, не ждали совета. А что касается дел, то тут мы готовы идти друг другу навстречу на опережение, всегда и во всем помочь. И такая же у нас сестра Лиана, она очень сильный и светлый человек. Я бы хотел, чтобы у моих детей были такие отношения, как у нас. Пока все так и складывается. Слова словами, а пример гораздо важнее.

Отдыхать от работы успеваете? Чем занимаетесь в свободное время?

Никогда не перестаю думать о работе, потому что она любимая. Люблю готовить. Могу поджарить мясо на гриле. На отдыхе могу сообразить что-то из грузинской кухни. Вообще, мне нравится готовить по-крупному, по-мужски: сильный огонь, крупные куски мяса, много специй… Еще люблю спорт, много хожу, плаваю.

Какой вечер можно назвать идеальным?

Идеальный вечер включает в себя прогулку с детьми и бокал вина у камина. Поэтому я хочу пожелать всем людям, чтобы у них было побольше таких приятных моментов. Чтобы каждый человек знал, как украсить свой вечер, и мог бы себе это позволить. Свободное время должно приносить удовольствие и пользу. Отдыхать без смысла — неинтересно.